Автор: Проснувшись вчера в палатке под проливным дождём, на шестую ночь просыпаний в палатке и на седьмой день от рождества похода, я понял, что хочу домой. По плану полагалось провести ещё одну ночь в лесу подальше, километров в пятиста, и за это я уже даже денег отдал, но нафик, нагулялся. Вот так, загрузив комок мокрой палатки в багажник и даже не попив кофе, в семь утра субботы я покинул гостеприимную провинцию Квебек и попёр в Онтарио.
Позже я, наверное, распишу, как и куда катался, ибо покатушки на самом деле удались. Но сегодня я хочу задуматься о великом. О том, не выродились ли мои экспедиции в механический ритуал, магией первых походов более не обладающий.
Ведь я помню своё первое приключение в текущем формате — Проект Аризона. Ночь на тёщиной кухне, мысль «тварь я дрожащая, или смелость имею?», и как слествие — самолёт в Аризону на 48 часов, чтобы посмотреть случайный метеоритный кратер и, раз уж неподалёку, Гранд Каньон в довесок. Это было эпично, и это было настоящее приключение. Я до сих пор помню ту парковку у кратера, где решил, что теперь можно и домой возвращаться, и с работы уходить. И таки да, уволился.
Попытка повторить Аризону поездкой по Великим Озёрам была так себе. Поход удался, но магии уже не было. Я даже видеоролик доконца не смонтировал, настолько там не о чем было расскзывать.
Затем случилась Атлантическая Экспедиция, и это было нечто. Четыре года после Аризоны, уже на своей машине, 7700 километров и 12 дней в дороге. Это была Арзона в чистом виде, как по духу, так и по некоторым ландшафтам. Рассекать ушами воздух, стоя на палубе гигантского парома с Ньюфаундлендом на горизонте — это я помню так же хорошо, как и парковку на кратере. Марсианские пейзажи Лабрадора тоже.
Потом пошли одиночные и однодневные походы в случайные леса с переменным успехом, потом неплохая четырёхдневка вдоль озера Верхнее, а через год её блеклое подобие к Онтарийскому северу с ярким пятном — парком Рене Брюннель.
И вот теперь эта недельная штука. Даже запланировать её было сложно, потому что как будто всё уже к этому моменту случилось. Основную дорожную часть Онтарио я уже объездил, так что надо смотреть по сторонам. Раз есть время для большого похода, то можно слетать в Альберту и обследовать горы. Возможно, так и стоило поступить, но что-то я сильно утомился и обеднел для перелётов, аренд и прочей логистики.
Можно попробовать поехать в Массачусетс, и там точно будет красиво, но в эпоху Трампа и недоверия его служб к иностранцам я не готов общаться с пограничниками вообще никак. Мне в 2011-м году допроса на Ниагарском КПП хватило.
В теории, можно было сгонять в Англию. Там и крестница, и остров, и даже люди хорошие есть. Но это опять деньги, организовываться, и я слишком стар для этого сегодня.
Вот так я очутился в Квебеке. По Атлантической поездке я помнил, что северный Квебек весьма неплох. С палаткой в его лесах я ещё не жил, и вообще, там, где у нас в Онтарио всего две крупные дороги на севере, у них — штук пять. Есть чего смотреть.
Я раскидал стоянки, чтобы покрыть максимальную территорию на неделю — две ночёвки в Онтарио (первая и последняя) и пять в Квебеке. Ну и по итогу с последней Онтарийской я соскочил.
Квебек — красивый. Я так понял, что французы отхватили себе самую аппетитную часть Канады, заставив Онтарийцев думать, что с Ниагарским водопадом повезло именно им. У них и горы какие-то есть, и лесов как собак, и деревни весьма европейского вида, и вообще, что-то у них есть такое, чего, переехав назад через Онтарийскую границу, стало явно не хватать.
Вторая и четвёртая ночёвки — у реки Кипава и озера Белльвью, это просто жемчужины поездки. Ехать стоило хотя бы ради них. Но половину пути я размышлял, не пытаюсь ли я этим походом повторить магию Аризоны, просто выполняя проверенные действия? Мне нравится лес и палатка. Особенно теперь, когда я купил армейскую куртку в маскировочных цветах и британские штаны военного окраса. Но ради чего я на самом деле сюда приехал? Вот по-чесноку?
Поэтому не знаю. Может, в таком формате это была последняя поездка. Походы ещё точно будут, но надо слегка разобраться, что есть что, и ради чего я на самом деле это делаю.
Но Кипава, Белльвью, куртка… Это было что-то, об этом надо писать отдельно.
