Автор: Ночь в прекрасной и изолированной от цивилизации и людишек французской стоянке научила меня двум вещам. Во-первых, ожидая нападения ночных медведей, я замечательно слышу топот мышей. Одна прямо-таки достала, пол ночи нарезая круги вокруг палатки. Что я тебе, стадион?
А во-вторых, я — балбес. Укутав палатку от дождя брезентом по самые уши, я позабыл про здравый смысл и не оставил места для вентиляции. Проснувшись в полночь от духоты и запаха армейских ботинок , я понял, что последние три часа дышал и ароматизировал один и тот же воздух. Вот жеж балбесина. Интересно, а помереть от такого можно?
Но утро было красивым. Французское правительство включило солнце, перенесло дождь на вечер, поэтому я и кофеином закинулся в комфорте, и окрестности слегка досмотрел.
Раз уж в честь неё назвали лес, я заехал к соседской реке Кипава, и она действительно оказалась хороша.
Шумная, без пяти минут горная, почему-то с запахом земляники — я такую комбинацию лет тридцать не видел.
Вырасту, стану таким же.
Минусом поездки к реке оказалось то, что до трассы я добрался аж в десять дня, и чтобы приехать на следующую стоянку хотя бы засветло и без дождя, надо было обрубать все остальные побочные квесты и пилить в новый лес по прямой. Благо, интересностей вокруг и так хватало.
Например, выяснилось, что каждая уважающая себя квебекская деревня идёт в комплекте с церковью.
Там может быть всего десять домов вокруг, собачья будка и одинокая корова на въезде, но в центре обязательно будет стоять церковь.
Затем, квебекцы удивительно много занимаются бизнесом. Вроде у них и налоги огромные, и отдыхать они любят даже больше, чем испанцы, но в каждой деревне помимо церкви были пикапы, склады, фермы и прочие проявления деловой активности.
Иногда я мог ехать минут пятнадцать, а по бокам всё шли и шли какие-то кооперативы по обработке и продаже фигни.
К тому же, моя текущая работа и две или три последние подработки — те тоже из Квебека. Странно это.
Ещё одни странность — на всех заправках бензин стоил одинаково. В Онтарио две заправки через дорогу запросто могут продавать бензин с разницей в несколько центов. Даже заправки одной сети могут отличаться ценниками внутри города, и несколько раз на дню будут дорисовывать себе где нолик, а где единичку. Тут же — всё одинаково, как при коммунизме.
На первой стоянке для отдыха я нашёл очередную гидроэлектростанцию.
Поначалу я принял её за дамбу, но нет — рядом стоял музей под открытым небом, демонстрирующий железные внутренности, и те однозначно указывали на её электрическую родословную.
Я даже турбину нашёл. Или генератор. Или и то, и другое.
На обочине рос чабор. Из него вышел бы отличный чай на ужин, но я до сих пор не разобрался в канадских законах, которые отличают браконьерство от наслаждения природой. Глупо угодить в турячку за стакан травяного чая.
На пути к первому гаишнику с радаром удалось даже порефлексировать.
Звонили дети с Беларуси, и я в процессе задумался, как бы воспринял такой расклад лет, скажем, двадцать пять назад. Видео звонок из движущейся машины из квебекского леса через космос и прямо в Беларусь… Не так давно за такое колдунство сжигали заживо.
Избегая ненужных поворотов, к ночёвке я приехал не просто засветло, а даже без дождя и с солнцем. Жалко только на въезде какой-то мудак поперёк дороги упоённо рассказывал что-то местным и тратил моё драгоценное время, которое можно было бы посвятить шашлыку. У нас в Онтарио таких тоже хватает.
Новая стоянка была одновременно и красивая, и не очень. Природа была прекрасна, спору нет.
Но приватности на ней не было никакой. За годы покатушек я к такому уже слегка привык, но всё-таки хотелось бы иметь возможность плюнуть в ёлку не задумываясь, как к этому отнесутся соседи через дорогу.
Было любопытно, как выглядят душевые во французских лесах, и они действительно отличаются от онтарийских.
Но кипяток из душа был весьма похож на родной.
Только к третьей ночёвке я начал задумываться, нафига я потянул с собой плавательную доску. Даже когда погода позволяла, сил покорять морские пространства не было уже никаких. А её ведь ещё накачивать надо.
Так и провёл бы я вечер без приватности, плавания и смысла, если бы с приходом темноты правительство не включило звёзды. Кажется, хотя я и не уверен, я не смотрел на них уже лет пятнадцать. В Канаде звёзды вообще фиг увидишь — в нашем районе небо так засвечено, что единственная звезда на горизонте — это наверняка Боинг с соседнего аэропорта.
Тут же звёзды показывали сразу все, штук восемьдесят. Больше всего меня поразило, как много развелось спутников. В детстве, когда мы таращились наверх, время от времени пролетала какая-то светящаяся точка, которая на самолёт не походила ни разу, и такие точки мы называли спутниками.
В современном ночном небе спутники летали сразу стаей, и имя им было Старлинк. Блин, мне конечно нравится Илон, но кто ему разрешал так небо засирать? При Сталине такого не было б. В любой момент времени можно было видеть штук пять движущихся точек, и от каждой несло вайфаем.
Так вот, с мыслью, что раньше было лучше, я и ушёл спать. Хорошо хоть брезент от дождя в этот раз правильно положил, потому и дышать было чем, и на гневное сопение воздуха хватало.
