Три месяца эмиграции

emigrationВчера исполнилось три месяца, как мы переехали в Канаду. Событий произошло уйма: мы нашли дом, заполнили его базовыми вещами, раздобыли телефоны, интернет, местные карточки, разведали основные магазины и детские площадки. Я плотно встроился в новую работу, сдал на права и даже успел съездить на местную конференцию. Есть еще уйма мелких дел, которые нужно доделать, но, в целом, местный быт налажен.

Но самые удивительные вещи творились и творятся в голове. Эмиграция делает всё, чтобы восприятие себя ломалось и удивлялось.

Вот, например, самое первое озарение. Я всё-таки немного социофоб и любую стайку незнакомых людей рассматриваю с позиции «кто все эти люди» и «где моя бензопила». И у меня была замечательная иллюзия, что если бы судьба забросила меня на какой-нибудь необитаемый остров, то я был бы абсолютно счастлив. Ни с кем координироваться не надо. Задачи просты и последовательны. Тут — отбиться от медведя. Там — построить навес, потому что дождь ночью — это холодно. Романтика. Поэтому, проезжая вдоль минского моря, на мелкие островки у его середины я обычно смотрел мечтательно и с грустью.

На третий день обитания в канадской гостинице я пришел к мысли, что на необитаемом острове я в первую очередь сдохну. Причем, не от голода, а от одиночества. Живых и, главное, «своих» людей так не хватало, что я бы с и березой пошел разговаривать, если бы она выглядела по-нашему. Но канадские березы так не выглядят: другая кора, и аккуратный газон вокруг.

А дальше — страшнее. Кто я вообще такой? Какой я?

Если вдруг такой вопрос приходил в голову дома, то на помощь приходила автобиография, свои привычные роли, и то, как мне кажется, как меня видели и чего ожидали другие, «свои» люди.

Но тут автобиография — личная история — бесполезна. Она ведь происходила среди других мест, других историй, других людей и культуры. То, что я в 8 лет чуть какой-то сарай не сжег, в контексте почившего союза и начала девяностых воспринимается вполне естественно, и придает какой-то хулиганский оттенок моему образу. А в канадскую реальность эта история не вписывается вообще никак. Мне вообще порекомендовали в присутствии эмиграционных служб такие истории опускать.

С привычными ролями тоже косяк. Играть их не для кого, и языковой барьер — весьма себе барьер. Шутку пошутить тяжело. Куда уж тут притворяться.

Ну и откуда в Канаде «свои» люди.

Получается странная ситуация, когда целый пласт привычек и кэшированных воззрений отваливается, а новые еще не успели прирасти, и я ненадолго оказался один на один с собой. Никто меня не знает. Репутации нет, так же как нет никаких достижений или косяков. Привычные способы, как быть с другими людьми, не работают. Чистый лист. Дальше можно быть любым. Есть толстые книги, которые этому учат, а тут халява. Но временная.

Эту возможность я, конечно, с большего, продинамлю, но пару ништяков все-таки срубил.

Во-первых, купил скейтборд 2 месяца назад. Никогда не собирался и не планировал. А тут увидел, и зацепило. Первый вечер выходил тренироваться с заходом солнца, чтобы другие ребята не дразнились. А потом начал бабулек с тротуаров сгонять и при свете дня. И ничего, нравится и ничего себе пока не сломал.

Во-вторых, под шумок ввел в привычки медитацию. Когда-то уже пытался, но через пару неделю прекратил. А тут полтора месяца, и строго каждый день. Очень доволен.

В-третьих, стал усердно прокачивать себя по специальности. Профессиональной репутации-то уже нет. Ну и та репутация, которая  была в Минске, судя по всему опиралась на предыдущие достижения, и имела мало отношения к настоящим.

Часто хочется домой. Аргументация каждый раз разная и каждый раз мутная. То мне мало исторических мест. Местное столетнее здание — это уже раритет. То не хватает Европы вокруг. В Вильнюс на выходные не съездить.

Иногда непонятно, зачем вообще приехал. Уровень жизни у меня скорее упал, чем вырос, а те положительные отличия, которые видны уже сейчас, не стоят таких переживаний.

Но если всерьез представить переезд назад, то это чувствуется как тупиковый и окончательный шаг назад. Тут у меня мощный стимул и интерес развиваться, идти вперед, что-то пробовать. А дома это заглохло года четыре назад. Тут политикой можно спокойно не интересоваться, потому что у них своя работа, а у меня своя, и нас всех уволят, если мы будем маяться фигней. А дома политики неизбежно много, и она из года в год абсурдная и одинаковая.

Кажется, нету нигде земли обетованной, где сразу всё хорошо. Везде какие-то компромиссы. Разве что еще Израиль попробовать. Но там служить надо.

5 мыслей о “Три месяца эмиграции”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *